Известный российский режиссер и мультипликатор Константин Бронзит получил третью номинацию на премию «Оскар». Его лента «Три сестры» представлена в категории «Лучший анимационный короткометражный фильм». Вместе с ним в этой номинации заявлены фильмы «Вечнозеленый», «Девочка с жемчужными слезами», «Пенсионный план» и «Баттерфляй». Церемония вручения наград состоится в Лос-Анджелесе 15 марта. IPQuorum поздравил Константина Эдуардовича и задал несколько вопросов.
— Что почувствовали, когда узнали о том, что вы попали в номинацию?
— Безмерную радость. И еще то, что, наконец-то, схлынуло волнение от бесконечного ожидания этого дня. Я по опыту знаю, что этот месяц между объявлением шорт-листа и финальной пятерки номинантов самый трудный, а последние полчаса просто места себе не находил. Думаю, что у большинства из тех, кто, как и я, ждал объявления номинантов в своих категориях, было ровно такое же состояние. Но это, конечно, очень драйвово. Потом, когда уже отпустило, мы с коллективом с радостью выпили шампанского.
— Как оцениваете свои шансы на победу?
— Я все перевожу в математику, так что мои шансы один к пяти. Это же ко всему прочему и момент везения – как ляжет карта. Мы никогда не знаем точной статистики. Возможно, того, кто выходит на сцену и получает «Оскар» и того, кто сидит в зале, в ходе голосования отделял всего один голос. И это при том, что голосуют тысячи академиков. Представляете, как обидно проиграть в один голос. То есть ваш проигрыш становится очень условным. Хотя, может быть, это и хорошо, что мы никогда не узнаем подробного расклада голосов в цифрах. А потому есть один победитель и четыре «лузера», которым придется ждать следующего шанса, если он вообще когда-нибудь представится. Фильмы в пятерке все очень разные, в этой солянке есть, например, совершенно детское кино «Вечнозеленый» про дружбу елки и медвежонка, а есть «Пенсионный план» про уход человека на пенсию. Есть фильм «Баттерфляй», о знаменитом пловце, прошедшем концлагерь «Освенцим»… И все это серьезные конкуренты, за которых также голосовали академики. Мы, опять же, не знаем, какой был расклад. Мои «Три сестры» вошли в номинацию, но мне было бы страшно любопытно узнать, вскочил ли я в пятерку в первых рядах или вообще последним, опередив того, кто оказался на шестом месте, на каких-то один-два голоса? Отрыв имеет значение.
— А у вас есть свое понимание, почему ваших «Трех сестер» отобрали?
— Опять же, мы никогда этого не узнаем. Поэтому у меня есть только предположение. С самого начала я понимал, что если у меня и есть шансы, то по двум причинам. Первое, и это очень важно, у меня единственного из шорт-листа, в котором 15 картин, был смешной фильм. Сегодня мало кто шутит. И не потому, что времена не для смеха. А потому, что это страшно сложно. В основном все «грузят» чем-то мрачным, какими-то личными переживаниями, трагедиями, ужасами, творящимися за окном, и так далее. И вот среди всего этого академики видят легкую честную человеческую комедию. Конечно, это большой плюс.
Второй мой плюс — я делаю фильмы без слов, никакого закадрового текста, никаких диалогов, только движение, пантомима и пластика. Чем дальше, тем более редким становится такой тип фильмов, и режиссеры все больше прибегают к помощи слов. Я умею выстраивать мизансцену так, что слова становятся не нужны, а это и есть режиссура. Фильм построен на мастерстве. И можно сделать условный вывод, что подобное мастерство Академия по-прежнему замечает и ценит.
— Сегодня принято говорить, что «Оскар» ничего не меняет в карьере. Так ли это?
— С одной стороны, это практически правда – в получении Оскара, кроме пафоса нет никакого «пост-эффекта». И больше того, его никогда и не было. Это один из расхожих популярных мифов— получишь «Оскар», и жизнь кардинально изменится. Существует еще один миф, что к статуэтке прикладывается что-то типа миллиона долларов. Никаких денежных премий никогда на «Оскаре» не было, равно как и на Каннском кинофестивале. Это просто статуэтка, просто трофей. Причем не золотой, а сплав из четырех разных металлов. Но это символ, это статус. Как сказал один остроумный человек: «Просто телефон пару месяцев будет звонить чаще». Это ровно то, что происходит сейчас со мной. Никаких преференций это не дает. Хотя нужно сделать одну оговорку: если ты не актер и не режиссер, работающий в Голливуде. Для них это важно. У них действительно появляются некоторые преимущества. Кинокомпании, заключающие контракт на роль или на режиссерскую работу, начинают разговаривать с победителем чуть иначе, чуть повышается его ценник. Скажем, вчера актриса получала 500 000 долларов за роль, а после «Оскара» уже 2 миллиона. Это правда так работает. Но радикально все равно это ничего не меняет. Через две-три неудачные роли все это преимущество можно запросто растерять. Скажем так, «Оскар» — это временная козырная карта. Есть масса фильмов, актеров, режиссеров, получивших «Оскар», о которых никто не помнит. Что уж говорить про нас, русских, австралийцев, японцев, китайцев. Ты возвращаешься после «Оскара» королем на час, а дальше начинаешь жить своей обычной жизнью.
— Тогда почему вокруг этого такая шумиха и все хотят получить «Оскар»?
— Потому что выше награды, чем «Оскар», в кинематографе пока не придумано. Это Голливуд, они сотворили легенду и умело ее поддерживают. Вот и все. И как бы ни говорили, что «Оскар» уже не тот, все его хотят.
— В честь вашей номинации я прочла в Telegram-канале Ирины Павловой «Контражур Ирины Павловой»: «Десять лет тому назад я писала: “Всё-таки хорошо в старину японские художники для себя придумали: на пике славы менять подпись на картинах и проверять, что действует на публику (и на критиков) — их раскрученное имя, или в самом деле их талант?!” Интересно, если бы сегодня все взяли и подписали бы свои фильмы или спектакли “пупкиными”, много ль восторгов бы они снискали? Я не думаю, что на такое могли бы решиться многие. Не думаю, что даже единицы могли бы. Но один решился. На премию “Оскар” номинирован фильм “Три сестры” безвестного Тимура Когнова. Можно было бы порадоваться тому, что у нас вспыхнула новая звезда, но нет: это на самом деле всем нам хорошо известная звезда. На “японский эксперимент” решился замечательный Константин Бронзит». Действительно ли была такая задумка — обнулиться?
— Это довольно непростая история. Рискнуть «обнулиться» мне пришло в голову 10 лет назад. Но так вышло, что осуществил я эту задумку с некоторым опозданием с фильмом «Три сестры». Слегка обидно, что исторический контекст для этой акции оказался не самым лучшим. Но я редко и долго делаю кино, поэтому возможности ждать «лучших времен» у меня нет. Дальше по плану я понимал, что самый сложный момент — это пройти фестивальный цикл. Все мы знаем, как это работает в искусстве. Если перед нами фильм Тарантино, то к нему у публики автоматически включается повышенное внимание. Так уж получилось, что у меня уже есть определенный статус, моя фамилия известна в анимационных кругах и на фестивальных площадках. Давно живу и много сделал. Но известность – это палка о двух сторонах. С одной стороны — более благосклонная реакция на твой фильм, а с другой — реакция может быть и предвзятой, и по каким-то личным причинам в каком-нибудь конкурсе какой-нибудь член жюри может даже утопить ваш фильм. Увы, такое тоже бывает. Так вот в желании создать идеальную, незамутненную ситуацию для восприятия искусства членами жюри на разных фестивалях я решил провести эксперимент. Тезис был прост: «Судите фильм, а не автора». Я придумал псевдоним Тимур Когнов и решил проверить, смогу ли я исключительно за счет качеств самого фильма прорваться через все фестивальные барьеры и дойти до «Оскара». Я поставил на карту как свой труд, так и труд своего коллектива. Да, я рисковал. Но в Санта-Барбаре Тимур Когнов получил-таки главный приз, что и позволило фильму пройти квалификацию и выдвинуться на «Оскар». Но в Академию я фильм подавал уже под своим именем Константин Бронзит. Но даже там риски остаться не удел на первом этапе не закончились, так как фильм мог так и не продвинуться дальше лонг-листа (в этом году в нем было 113 фильмов) И только когда фильм из лонг-листа после первого тура голосования попал в шорт-лист (15 фильмов), тогда я и сделал «камиг-аут» в соцсетях о том, что фильм «Три сестры», два года гулявший по фестивалям мира, является моим, и что Тимур Когнов – вымышленный режиссер. То есть самую сложную часть я прошел под именем, которого никто не знал. А вот академики смотрели уже фильм Константина Бронзита.
— А что будет следующим экспериментом?
— Я никогда не рассказываю о том, над чем работаю. Так интереснее.
Автор: Ксения Позднякова, админ телеграм-канала "Ксюша рекомендует"
