Дизайн и мода
21 апреля 2022
Поделиться

Кольцо санкций: выживут ли ювелирные бренды в новых условиях

Ювелирный рынок в России в ближайшем будущем может сократиться на 60-80%. Выживут сильнейшие — крупные сети вроде SOKOLOV, SUNLIGHT или АДАМАС. Небольшие ювелирные компании, которые предлагают покупателям действительно уникальные вещи, оказались практически в безвыходном положении. И не только из-за санкций.

Кольцо санкций: выживут ли ювелирные бренды в новых условиях

Иллюстрация: IPQuorum

Ювелирный бизнес, как и многие другие, страдает сейчас из-за роста цен на сырье и падения спроса на свою продукцию. Эффект санкций ощутили на себе все. Но некоторые отрасли получают государственную поддержку, а здесь все как раз наоборот: власти усиливают контроль над производителями ювелирных изделий и отменяют для них упрощенное налогообложение.

Воск и алмазы

Драгоценные металлы, которые используются в ювелирном деле — золото, серебро, платина и палладий, — добывают в России. Больше того — эта сфера растет: в 2021 году у нас добыли 346,42 т золота, что на 1,84% больше, чем в 2020-м (340,17 т). Казалось бы, тут мы можем ни от кого не зависеть, но все не так просто.

Драгоценные металлы — биржевой продукт. Это значит, что цены на них формируются в валюте (долларах США), а затем пересчитываются в рубли по официальному курсу. По данным Банка России, 11 марта стоимость золота достигла 7731 рубля за один грамм (на фоне роста курса доллара до 120 рублей), что является абсолютным максимум в этом году. Для сравнения: всего месяцем ранее (11 февраля) один грамм золота продавался за 4401 рубль (курс доллара тогда был 74 рубля). [MOU1] В апреле курс доллара заметно снизился, потом снова слегка вырос, и пока непонятно, что с ним, а значит, и с ценой на золото, будет дальше.

Фото предоставлено брендом "48"

«Курс металла довольно серьезно привязан к курсу валюты, цены постоянно прыгают. Кроме того, за цену по курсу еще нужно найти продавца по металлу, а это не так просто, как кажется порой», — рассказывает Илья Кузнецов, один из основателей бренда «48».

С драгоценными камнями еще сложнее. Россия занимает лидирующее место в мире по количеству добываемых алмазов (33% в 2019 году), но, к сожалению, этого недостаточно, чтобы покрыть потребности ювелирного бизнеса, не говоря уже, что цены на алмазы тоже напрямую зависят от курса валюты. Ни рубины, ни сапфиры, ни изумруды у нас не производят. По данным 2020 года, крупнейшими экспортерами драгоценных камней (без учета алмазов) стали Гонконг (19,4%), Сингапур (13,4%), Таиланд (12,5%), США (9,41%) и Бразилия (7,87%). В то же время в 2019 году Россия закупала большую часть ювелирных изделий и драгоценных камней у Италии, Германии, Великобритании, Китая и Армении. Несмотря на то что восточный рынок не вводил против нас санкции и не запрещал ввоз и вывоз «предметов роскоши», пути поставок в новых условиях серьезно усложнились, а это неизбежно ведет к росту цен. Пострадал и рынок полудрагоценных камней. 

Фото предоставлено Анной Масловской

«Многие из них добываются в России, но гранят их в Индии и Китае, — говорит Анна Масловская, основательница одноименного ювелирного бренда. — В итоге они приезжают к нам оттуда, даже если сырье русское. Пока, как вы знаете, они не ввели против нас санкции, но мои индийские и непальские поставщики уже подняли цены на 30%».

Однако драгоценные металлы и камни — важнейшая, но не единственная составляющая себестоимости хорошего украшения. Самое слабое место бизнеса — расходные материалы и инструменты, которые практически не производятся в России. Их закупают за границей, основные поставщики — Италия, Германия, США и Турция.

«Ранее действовавшие логистические цепочки разрушены, создание новых затруднено, наверняка они будут существенно дороже и сложнее, говорит глава гильдии ювелиров России Эдуард Уткин. Транзакции заблокированы, а условия отсрочки платежей за поставленный товар аннулированы, требуется только предварительная оплата».

Воск, резина, абразивные наполнители, полировальные пасты — только небольшая часть списка расходников, необходимых для ювелирной индустрии. 

Фото предоставлено брендом JEMAE

«Ювелирная отрасль, как и многие другие, очень сильно зависит от импорта, — рассказывает основательница и дизайнер ювелирной марки JEMAE Мария Ефимова. — Это не только драгоценные или полудрагоценные камни, но и все расходные материалы для производства, начиная борами и фрезами и заканчивая гальваническими покрытиями — например, родием. Им покрывается все белое золото. Прежде покрывали им серебро, была такая роскошь, но теперь, я думаю, в России этого никто делать не будет, потому что родий невероятно вырос в цене. Маленькая баночка стоит 260 000 рублей, если перевести это в литры, то всего один литр — это больше двух с половиной миллионов». 

Рост цен на сырье, а значит, и себестоимости неизбежно ведет к подорожанию украшения, говорит Илья Кузнецов:

«Практически все процессы производства украшений для меня стали стоить дороже. Все, за что я платил — начиная от своих расходников и вещей, которые я делал в своей мастерской, и заканчивая теми же крупные литейщиками, к которым я обращаюсь, — все стало стоить дороже. Это выливается в повышение финальной розничной стоимости украшений. Другого выхода я не вижу». 

«Я думала, что маркировка — наша самая большая проблема»

Но трудности в ювелирной индустрии связаны не только с санкциями. Согласно новым правилам государственного регулирования все компании, продающие украшения из драгоценных металлов, обязаны ввести данные об изделиях в специальный онлайн-реестр — ГИИС ДМДК (государственную интегрированную информационную систему в сфере контроля за оборотом драгоценных металлов и драгоценных камней). Как теперь это будет работать? 

Любое украшение из драгоценного металла, даже если это недорогое серебро, должно иметь свой многозначный идентификационный номер (УИН) в федеральной системе. Эта мера, по идее, призвана ограничить незаконный оборот ювелирных изделий — маркировка позволит контролировать весь путь драгоценного металла или камня: от его добычи до продажи в качестве составного элемента украшения. Все эти данные, вплоть до сведений о каждом драгоценном камне в изделии, должны вносить в систему сами участники рынка. Финальный этап (внесение в ГИИС ДМДК всех сведений в полном объеме, а также присвоение УИН партиям остатков) должен был закончиться 1 сентября 2022 года, однако в начале апреля эту дату отодвинули на март 2023-го.

Фото предоставлено брендом Mineral Weather

«Новые законы, связанные с ювелирным бизнесом, сильно усложняют нам жизнь. Маркировка, которую только-только ввели, была тем нововведением, которое в разы увеличило количество затрачиваемого времени на работу с каждым конкретным украшением, уже после того, как оно полностью произведено», — сетует Аня Павлова, соосновательница Mineral Weather.

Затраты на обслуживание новой системы учета также частично лягут на плечи ювелиров: помимо приобретения необходимого оборудования многим придется нанимать и новых сотрудников.

«Очень много времени нужно, чтобы вообще понять — что нужно сделать, как это сделать, куда все вводить. При этом необходимо работать не только с новыми украшениями, но и со всеми остатками. Государство не возмещает расходы, а это, в первую очередь, зарплаты людям, которые будут заниматься только этим, — говорит Мария Ефимова. — Конечно, это ложится бременем на себестоимость товара»

В марте 2022 года, когда многие отрасли уже начали получать государственную поддержку, которая позволит продержаться в условиях санкций, по ювелирному бизнесу был нанесен еще один удар. 

«Я-то думала, что маркировка — это наша главная проблема, но не тут-то было: дальше нас ждет повышение налогов. Это похоже на лоббирование интересов крупных брендов. Официальные лица говорят, что таким образом они делают конкуренцию на рынке более здоровой, но это неправда», — считает Анна Масловская. 

9 марта президент Владимир Путин подписал закон об отмене НДС для физических лиц при покупке золота — теперь инвестировать в драгоценные металлы станет проще и выгоднее. Один нюанс: это золото нельзя использовать для производства. При этом изготовителей ювелирных изделий с 1 января 2023 года лишают права пользоваться УСН (упрощенной системой налогообложения). Это по сути смертный приговор для малого ювелирного бизнеса, который и так еле жив из-за санкций и новых правил маркировки.

Прежде ювелирные компании, чей штат не превышает 130 человек, а выручка не больше 200 млн рублей в год, могли платить налоги по упрощенной системе.

«Со следующего года у нас будет общая система налогообложения, появится НДС. Если прежде кто-то, к примеру, платил 613% налога, то со следующего года ставка повысится до 40%. Это очень много для такого бизнеса. Значит, будут расти наши цены», — говорит Масловская. 

То есть с будущего года все ювелирные компании, вне зависимости от их величины и размера прибыли, будут вынуждены платить налог на прибыль (20%), НДС (20%) и до 2,2% на другие расходы (недвижимость, транспорт, и т.д.).

«На нас это скажется самым негативным образом, — уверен Илья Кузнецов. — Выигрывают от этого, конечно, все крупные игроки рынка. Есть, к примеру, серебряные изделия бренда SOKOLOV (у него крупнейший завод в Европе), а есть мои серебряные изделия. У нас с ними есть позиции в общей ценовой категории (30005000 рублей). Так вот SOKOLOV на заводе может технически заложить в такие украшения значительно больше, чем я, — это логично, там фабричное производство. Уже сейчас у нас есть соперничество за эту ценовую категория. Но пока я плачу УНС, а потом, когда я за свои вещи, которые технологически проще, стану платить ОСНО (общая система налогообложения), они начнут стоит еще дороже, чем вещи SOKOLOV. Сейчас мои украшения покупают за идею, за некую оригинальность и качество, но, к сожалению, все идет к тому, что они станут настолько дорогими, что это станет неоправданно для потребителя»

В поисках выхода

Ассоциация «Гильдия ювелиров России» предупреждает, что в таких условиях существует риск «полной остановки отрасли», в которой сегодня заняты около 150 000 человек. Исчезновение небольших брендов с их уникальными изделиями приведет к гегемонии фабричной типовой продукции, но это не самая большая проблема. Множество людей рискует остаться без работы, что на фоне закрытия иностранных компаний в России сильно ударит по отечественному рынку труда. Одной из первых об этом заявила Наталья Брянцева, основательница марки Avgvst:

«Эта (отмена УСН. — Прим. ред.) коснется 99% предприятий по количеству, доля которых на рынке 45%. Проблема еще шире, это коснется всей ювелирной области, производств, гранильных мастерских, мастерских по ремонту, маленьких дизайнерских марок. Это более 10 000 предприятий, сотрудники которых останутся без работы. Отрасль будет представлена тремя крупными розничными ювелирными сетями. Полное отсутствие конкуренции».

В конце марта ассоциация «Гильдия ювелиров России» обнародовала предложения по спасению отрасли — 14 шагов, среди которых, в частности, приостановка внедрения новой маркировки, нулевая ставка НДС при продаже золота организациям и временный мораторий на плановые проверки. Отмену льготного налогообложения для отрасли предлагается перенести на 2024 год.

Илья Кузнецов считает, что этого недостаточно:

«По поводу мер поддержки все понятно: уберите налог. Тогда будет рост промышленности, количества рабочих мест, спроса у покупателей. Это известные меры экономической поддержки».

Фото предоставлено брендом Mineral Weather

Сами мастера пытаются искать собственные стратегии. Кто-то надеется переключиться на покупателей из другого ценового сегмента. Кому-то придется менять подход к созданию ювелирных изделий: 

«Сейчас я думаю в сторону перехода на недрагоценные металлы с покрытием золотом или платиной, это сильно упростит нам работу, — рассказывает Аня Павлова. — В процессе перехода на недрагоценные металлы цену удастся понизить, но она все равно будет выше, чем раньше. В моем случае сам дизайн важнее материала. Многие известные бренды производят украшения из недрагоценных металлов, покрывая их позолотой. Вопрос в том, что придется потрудиться: найти производство, которое сможет выполнять украшения в такой технике, чтобы позолота не облезла на следующий же день»

Фото предоставлено брендом 48

По мнению Ильи Кузнецова, лучшее, что могут сделать ювелирные бренды, чтобы выжить в новой реальности, — объединиться.

«Нужна взаимная поддержка, нужно создавать какие-то профсоюзы. Эти события нас объединили, но пока это не похоже на профсоюз, даже маленький, зачаточный»

 

Автор: Маргарита Захарова

Следите за событиями в нашем новостном телеграм-канале