Почему издательство «Джем» хочет оставить россиян без монологов Жванецкого? Об этом сегодня рассказывает издание Gazeta.ru
Издание пишет: "Судебная защита интеллектуальных прав – обоюдоострый инструмент. С одной стороны, благодаря этому институту авторы могут работать и зарабатывать на плодах своего труда. С другой, судебную систему порой пытаются использовать в совершенно противоположных целях. Патентные тролли, серийные истцы и прочие авантюристы, паразитирующие на креативной экономике – печальная реальность наших дней. К сожалению, далеко не всегда суды могут распознать манипуляции и подмену понятий за внешне благопристойной аргументацией.
С приходом нового Председателя Верховного Суда Российской Федерации появилась надежда, что качество правосудия поднимется на более высокий уровень, возрастет авторитет судебной власти и уважение граждан к суду.
В своих выступлениях и интервью Председатель ВС РФ Игорь Краснов говорил, что одной из самых актуальных задач сегодня является повышение качества судебных решений, их ориентация на служение обществу. По убеждению Краснова, это напрямую связано с уровнем доверия населения к системе правосудия и стабилизацией социально-экономической ситуации в России
Не обошел своим вниманием руководитель высшей судебной инстанции и проблемы затягивания сроков рассмотрения дел, сославшись на критерии, которые до сих пор не утратили свою актуальность: суд должен быть скорым, правым и милосердным.
Вопреки изложенному выше постулату о скором и справедливом суде уже третий год тянется судебная тяжба вокруг наследия советского сатирика Михаила Жванецкого. Данное дело было начато еще при другом Председателе Верховного Суда и до сих пор не рассмотрено в том порядке, которого требует закон.
В 2023 году музыкальное издательство «Джем» потребовало у агрегатора контента Zvonko Digital, а также у платформ Apple Music и «Звук» прекратить распространение знаменитых монологов артиста, среди которых «Непереводимая игра слов», «Все на охрану социалистической собственности», «Собрание на ликёро-водочном заводе» и много других культовых миниатюр. Истец заявил, что обладает исключительными правами на эти литературные произведения на основании договора, заключенного с наследницей, вдовой сатирика Натальей Жванецкой.
В результате появились два гражданских дела – против иностранного юрлица агрегатора Zvonko ИРИКОМ ЮС ЛТД, разместившего фонограммы Жванецкого на Apple Music и против стримингового сервиса «Звук», опубликовавшего фонограммы с помощью российского аватара той же компании, которые развивались параллельно в течение последних трех лет. Поскольку лицензию на использование фонограмм предоставил законный владелец этих фонограмм «Фирма Мелодия» - советская и российская фирма звукозаписи, старейшая в России компания звуковой индустрии, то «Мелодию», естественно, привлекли к судебным процессам.
Апелляция, кассация, Верховный суд, новое рассмотрение, новая апелляция – «Джем» зачем-то пытался доказать, что «Фирма Мелодия» не вправе выкладывать принадлежащие ей фонограммы в сети Интернет без письменного согласия правообладателя - компании «Джем».
«Мелодия» со своей стороны указывала на очевидное: записи были сделаны на Всесоюзной фирме грампластинок, правопреемницей которой и выступает Фирма Мелодия. Жванецкий же никакого отношения к записям фонограмм не имеет и единственное, что его связывало со звукозаписью — это вознаграждение, которое артист получал от студии за запись и выпуск пластинок. Материалы дела изобилуют выплатными ведомостями, лицевыми карточками с начислениями сатирику за авторское исполнение и другими внутренними документами «Мелодии», указывающими на запись в студии «Мелодии».
В своем желании запретить «Мелодии» размещение в сети Интернет собственных фонограмм, «Джем» упрямо пытался сослаться на то, что в советском законодательстве вообще не было понятия смежного права, а законодательство, принятое позднее, не имеет обратной силы. А по современным законам нужно получить согласие автора произведений на доведение их до всеобщего сведения посредством сети Интернет. Однако сложно себе представить, что производство записи фонограмм происходило без согласия Михаила Жванецкого.
Гражданское законодательство 1960-1970-х гг. ничего не знает об интернете, за что и зацепился «Джем», по всей видимости, нацеливаясь на тотальный контроль за использованием в Интернете чужих фонограмм.
Однако проблема даже не в абсурдных попытках поставить под вопрос исключительное право «Мелодии» на размещение ее аудиозаписей в сети. Проблема в том, что на очередном витке разбирательства апелляционный суд вообще занялся выяснением этого вопроса несмотря на то, что иск «Джема» касался авторских, а не смежных прав. Все это происходит у
же после того, как Верховный Суд РФ и Второй кассационный суд общей юрисдикции однозначно высказались о том, что все права на использование фонограмм принадлежат «Мелодии» - правопреемнице советского гиганта грамзаписи. В том числе и право выкладывать свои фонограммы в сеть.
Несмотря на указания вышестоящих инстанций Первый апелляционный суд общей юрисдикции в третий раз! упрямо выносит определение, в соответствии с которым отказывает «Мелодии» в праве на размещение законно созданных и принадлежащих ей по праву фонограмм в сети Интернет. Безусловно, не может не возникнуть справедливый вопрос: что или кто толкает апелляционную инстанцию на неоднократное вынесение одного и того же судебного акта, игнорируя обязательные для апелляции указания Верховного Суда РФ и Второго кассационного суда общей юрисдикции, что само по себе является грубым нарушением процессуального закона.
Судебная практика, которую пытается сформировать Первый апелляционный суд общей юрисдикции, настойчиво проталкивая свою позицию, крайне негативно отразится на хозяйственной деятельности компании «Фирма Мелодия», от чего в итоге пострадает конечный потребитель музыкального контента: слушатели и любители музыкальных и авторских произведений, составляющих золотой фонд музыкальной культуры России.
Ставя под вопрос исключительное право «Фирмы Мелодия» на фонограммы, суд создает опасный прецедент. Если изготовители фонограмм советских лет не имеют права распространять их в интернете, под угрозой оказывается значительный массив культурных ценностей. Огромная коллекция «Мелодии» существует в самых разных форматах, в том числе премиальном, на виниловых пластинках, однако, в основном она живет в цифре. Фонотека «Мелодии» является поистине культурным достоянием. Компания уже вложила и вкладывает огромные деньги в оцифровку архива и реставрацию шедевров российской музыкальной культуры.
Это во многом стало возможным благодаря монетизации контента на цифровых платформах. Точно так же советские киностудии или «Союзмультфильм» зарабатывают на золотой коллекции, вкладывая вырученное в новые креативные продукты. Никому ведь не приходит в голову заявить, что права на фильмы, полученные в семидесятые, не распространяются на видеостриминг. В отношении же пластинок «Мелодии», в которые зачастую вкладывалось не меньше сил, чем в иной мультфильм, подобные аргументы не только используются, но и принимаются судами.
Особый колорит истории придает тот факт, что основатель и гендиректор компании «Джем» Андрей Черкасов прямо сейчас находится под арестом. Против него возбуждено уголовное дело по статье «Мошенничество». Скандальный «продюсер», уже много лет терроризирующий музыкальную индустрию судебными разбирательствами по высосанным из пальца поводам, заинтересовал правоохранительные органы после того, как признаки подлога были обнаружены в одном из договоров, которые он предоставлял суду. Среди пострадавших от Черкасова покойный Вячеслав Добрынин, группы «Мираж», «Комбинация», Александр Барыкин. Последний громкий скандал с участием Черкасова – попытка заблокировать на видеостримингах новогодний байопик о группе «Руки вверх», якобы на основании незаконного использования фонограмм. Черкасов пошел на это, даже прекрасно зная, что Сергей Жуков специально перезаписал свои хиты для этого фильма. Хотелось верить, что арест по уголовному делу положит карьере Черкасова конец, однако, в гражданских разбирательствах его «морок» продолжает побуждать суды на написание заезженных доводов, уже опровергнутых вышестоящими судами, причем с сохранением «оригинальной орфографии и пунктуации» из одного судебного акта в другой, когда страницы текста просто и очевидно копипастятся уже в третий раз".
