© 2019, IPQuorum

Кому тамбовский волк товарищ

На примере вологодского кружева, тамбовского волка и хохломской росписи рассказываем, как региональные бренды защищаются от подделок

Большинство российских регионов имеют бренды, которые служат инструментом популяризации внутреннего туризма и прочно ассоциируются с культурным наследием определенной территории. О том, как важно продвигать их на международном рынке, часто заявляют российские чиновники. Но мало кто говорит, как при этом брендам защититься от недобросовестных игроков рынка, которые копируют и незаконно используют их фирменные стили. Столкнуться с контрафактом можно практически в каждой сувенирной лавке ─ для этого необязательно быть туристом. В результате рынок оказывается переполнен некачественной продукцией, которая бьет по репутации правообладателей. На примере вологодского кружева, тамбовского волка и нижегородской хохломы мы узнали, как правообладатели региональных товарных знаков отстаивают их уникальность и борются с незаконным копированием.

Для справки

В российском законодательстве нет термина «туристический бренд» ─ есть товарные знаки и наименования мест происхождения товаров (НМПТ). Так, к примеру, тульский пряник как товарный знак принадлежит Тульской кондитерской фабрике «Ясная Поляна», а правом использовать его НМПТ обладают не более десяти лиц.

Вологодское кружево

Одна из самых узнаваемых в России ремесленных продукций ─ вологодское кружево. Центром кружевного промысла считается Вологодская область. Технология изготовления вологодского кружева появилась в 1820 году: жительница села Ковырино открыла мастерскую, где крепостные плели тончайшее кружево для отделки платьев и белья. За основу изделий мастерицы брали зарубежные лекала. Поначалу их работы представляли собой примитивную отделку. В 1940-х годах кружевница Анфия Брянцева стала придавать линиям вологодского кружева мягкий изгиб ─ так манера изготовления приобрела уникальность. Кружевницам очень быстро удалось усовершенствовать эту технику до уровня сложных орнаментов и распространить по Вологодской губернии.

Согласно данным открытого реестра Федерального института промышленной собственности (ФИПС), сегодня правом использовать наименование «Вологодское кружево» обладают два предприятия ─ кружевная фабрика «Снежинка» и фирма «Вологодская кружевница». Как рассказала директор «Снежинки» Мария Агапова, производители изделий не первый год сталкиваются с нелегальной эксплуатацией аутентичного бренда.

«Буквально через пять минут после выхода наших образцов на рынок мы видим их копии. Люди, которые занимаются производством вологодского кружева без нашего ведома, не платят художникам, которые разрабатывают эскизы. Они просто берут идею и копируют, потому что знают, что наша торговая марка является гарантом качества. Абсолютно любую тряпочку, которая изготовлена с нарушениями технологии, эти производители называют вологодским кружевом и тем самым вводят в заблуждение покупателей, которые не всегда имеют представление о нашем продукте», ─ сказала Агапова.

Контрафактным считается все кружево, которое произведено без контроля правообладателей и реализуется на рынке с фирменными этикетками. «Снежинке» сложно фиксировать нарушение авторских прав, потому что в работе с народными промыслами допускается художественное варьирование. «Представьте себе кружевное изделие с изображением листка. Если этот листок развернуть в другую сторону, то это изделие уже не будет являться прямой копией. Это будет совершенно другое изделие ─ даже при условии, что оба конструкта полностью совпадают», ─ объяснила Агапова.

За 13 лет работы на фабрике было только три прецедента, которые удалось решить в досудебном порядке: конкуренты использовали копии оригинальных этикеток и вывески магазина. Сотрудники «Снежинки» провели контрольную закупку, приложили к копиям этикеток чеки и написали претензионные письма конкурентам. Ответ последовал моментально: правонарушители тут же сняли копии этикеток и вывески. Во всех остальных случаях у фабрики возникали сложности в отстаивании авторских прав.

Правообладателям наименования «Вологодское кружево» сложно противостоять производству контрафактных аналогов, потому что для этого требуется очень много ресурсов, говорит Агапова. «Мы можем писать гневные письма, но они выглядят по-детски. Опытные продавцы понимают, что сменить юридическое лицо можно очень быстро. На месте одного предприятия, которое занималось контрафактом, моментально возникают десять.  Судебные процессы в авторском праве очень длительные и дорогие. Нам очень сложно бороться за свой продукт: в нашем ассортименте больше 50 тысяч наименований, а стоимость регистрации авторских прав на одно наименование составляет около 10 тысяч рублей. То есть нам нужны огромные деньги, чтобы запатентовать всю продукцию. Также важно помнить, что патенты на промышленные образцы действуют не более десяти лет», ─ объяснила она.

Тамбовский волк

В 1956 году вышел фильм «Дело Румянцева», где шофер (его играет артист Алексей Баталов) обращается к сотруднику правоохранительных органов: «Товарищ капитан…», и в ответ слышит: «Тамбовский волк тебе товарищ!». Среди советских граждан фраза сразу вошла в широкое употребление. Спустя 30 с лишним лет, в 1992 году, тамбовский художник и скульптор Михаил Салычев создал фигурку волка в дереве, которая окончательно превратила фольклорного персонажа в символ региона и уникальный образ.

По словам юриста практики «Интеллектуальная собственность» юридической фирмы «Интеллектуальный капитал», патентного поверенного Василия Зуева, в Роспатенте сегодня зарегистрировано довольно большое количество товарных знаков «тамбовский волк». Некоторые из них принадлежат Волковскому спиртзаводу, который производит пиво, безалкогольные и алкогольные напитки. Также этот товарный знак широко используют в пищевой и сувенирной продукции.

Кроме того, по данным ФИПС, существует множество знаков со словами «тамбовский» и «волк». Эти слова могут быть указаны на одной упаковке, но охраняется какое-то одно из этих слов или этикетка без словесных элементов ─ такая форма охраны называется дискламацией. «Получается, что фразу «тамбовской волк» сейчас используют все, кто захочет, или такое множество лиц, что это нивелирует ценность товарного знака, он перестает быть уникальным для региона», ─ заключил эксперт.

О потере уникальности свидетельствуют судебные разбирательства. Самый громкий случай произошел в декабре 2013 года, когда в отношении тамбовского предпринимателя Николая Хомутова было возбуждено уголовное дело о нарушении закона «О защите конкуренции». С 2005 года бизнесмен продавал сувениры с изображениями волка и надписями «тамбовский волк тебе товарищ», «тамбовский волк ─ твой лучший друг». Он зарегистрировал исключительное право на этот товарный знак и направил претензии в адрес предпринимателей, которые также реализовывали товары с изображением символа региона. После этого Хомутов обратился в Арбитражный суд Тамбовской области с целью взыскать компенсации за незаконное использование товарного знака другими предпринимателями. В итоге Тамбовское управление федеральной антимонопольной службы выступило на стороне группы бизнесменов и признало Хомутова нарушителем запрета на недобросовестную конкуренцию, а Суд по интеллектуальным правам подтвердил правомерность решения. Предпринимателя в судебном порядке лишили права на владение товарным знаком «тамбовский волк», поскольку фольклорного персонажа в регионе считают народным достоянием, а значит, у него не может быть одного правообладателя. Зарегистрировать и использовать этот товарный знак в производстве и торговле, как и НМПТ, может любой человек без каких-либо ограничений.

Хохлома

Матрешка ─ один из популярных сувениров, который приобретает едва ли не каждый иностранный гость в России. Стиль традиционной матрешки ─ изделия из дерева, покрытого художественной росписью ─ зародился на фабрике города Семенов Нижегородской области, которая и подарила ей название «семеновская». Главный художественный эксперт фабрики «Хохломская роспись» Елена Дашкова рассказала, что производству контрафактных аналогов подвержена не только семеновская матрешка, но и другая продукция фабрики с хохломской росписью, при этом на рынок она поступает преимущественно из Китая. Эксперт объяснила, что федеральный закон «О народных художественных промыслах» определяет их традиционные места бытования. Согласно этому закону, оригинальную продукцию с хохломской росписью производят только в Нижегородской области, и распространяют ее по торговым предприятиям исключительно правообладатели из региона. При этом, по данным ФИПС, «хохломская роспись» как наименование места происхождения товара сейчас не охраняется ─ юридически защищены только товарные знаки «хохломские узоры» и «хохлома».

Но даже поставки напрямую из региона-производителя не защищают хохломские изделия от некачественного контрафакта. Производители некачественных аналогов могут использовать в изделиях золотую краску, тогда как в составе оригинальной хохломской продукции ее нет. Как объяснила Дашкова, настоящую хохломскую роспись отличает эффект золочения, который достигается путем особой технологии обработки дерева. Качественная хохлома имеет ровную поверхность без вкраплений и пыли.

Как и в случае с вологодским кружевом, при изготовлении хохломы допускается художественное варьирование. По этой причине произведения народно-художественного промысла требуют особого подхода по защите исключительных прав на объекты интеллектуальной собственности. Показательным примером Дашкова считает Олимпийские игры в Сочи в 2014 году ─ тогда российские власти взяли на себя обязательства по защите символики международных соревнований. Условия использования товарных знаков и НМПТ были четко прописаны в законе об организации и проведении Игр.

«В Сочи рассматривались сотни дел, которые в судебном порядке решались положительно и привлекали к ответственности нарушителей. Мы бы хотели, чтобы и в нашем случае были высокие показали по выигранным делам. Мы не опускаем руки и продолжаем бороться, предъявляем иски в том числе к крупным компаниям ─ к примеру, «Ашану» и «Магниту». С трудом, но мы доказываем свою правоту. Пока что заключения всех экспертиз признаны в нашу пользу.

Но добиваться успешного проведения экспертиз получается не всегда. Дело в том, что таможенные службы не защищают промышленное право, они работают только с авторским правом. Когда происходит нарушение, материалы по нему передаются в региональное управление МВД. Пока идут судебные разбирательства, становится невозможным изъять оригинал контрафактной продукции и представить ее в суде, поэтому заседания заканчиваются, по сути, ничем.

Искать нелегальных производителей сложно еще и потому, что их продукция не маркирована, на ней нет сведений о производителях и сроках годности товара», ─ рассказала Дашкова.

По словам Василия Зуева, всем правообладателям необходимо стремиться к более активной позиции в отстаивании исключительных прав на бренд. «Нужно проводить контрольные закупки, чтобы был экземпляр продукции для предъявления в суде, настаивать на применении судами обеспечительных мер по пресечению введения в гражданский оборот контрафакта, формировать судебную практику по отстаиванию своих прав и освещать эти события, чтобы предприниматели видели возможные негативные последствия от реализации контрафакта.

Другой вопрос ─ соотношение ответственности и возможной прибыли нарушителя. Пока суды назначают минимальные компенсации за незаконное использование исключительных прав, весь процесс пресечения реализации контрафакта теряет всякую ценность ─ и для правообладателя, и для общества. В то время как не совсем честные предприниматели получают свою маржу», ─ заключил эксперт.

Противодействовать производству и реализации контрафактной продукции вполне можно и в досудебном порядке, утверждает коммерческий директор цифрового сервиса n’RIS Григорий Туринцев. По его словам, в сентябре сервис запустит специальную опцию по борьбе с контрафактной продукцией на рынке интеллектуальной собственности, но уже сейчас производители и официальные импортеры сферы торговли могут использовать n’RIS как инструмент для фиксации авторского права.

«Около 80% россиян, согласно данным социологических опросов, готовы покупать контрафакт из Китая, потому что он дешевле. Получается, что производство контрафактных аналогов и высокий спрос на них делают бессмысленным дальнейшее развитие товара, на производство которого нужно затратить большое количество энергии и ресурсов. Но nRIS готов менять эту тенденцию, помогая региональным товарным знакам и торговым наименованиям регистрировать исключительные права на объекты интеллектуальной собственности.

Депонирование объектов интеллектуальной собственности часто выручает наших клиентов при обращении в таможенные органы, полицию и Федеральную антимонопольную службу. Сервис очень простой и понятный, и им можно пользоваться из любой точки мира ─ вне зависимости от того, сколько у регионального бренда правообладателей, и где они находятся», ─ заключил Туринцев.

Другие публикации